Для мирян, в которых не было положительного зла, отравлявшего католическую иерархию, Христос не был внутренним, оставался внешним; они подражали страданиям Христа, влюблялись в Христа, как во
внешний объект, но не принимали Христа внутрь себя.
Неточные совпадения
Мир
объектов, мир феноменов, с царствующей в нем необходимостью, лишь
внешняя сфера, но за ним скрыта глубина связи с Богом.
Объект религии, Бог, есть нечто, с одной стороны, совершенно трансцендентное, иноприродное,
внешнее миру и человеку, но, с другой, он открывается религиозному сознанию, его касается, внутрь его входит, становится его имманентным содержанием.
Среда ничто дифференцирует всеединство во множественность, поэтому каждое отдельное что находит себя охваченным другими что, на которые распадается все, — иначе сказать, оно находит все как
внешнюю для себя границу или принудительную данность, которая противостоит, является
объектом для преодоления.
Значит, в процессе познания
внешнего мира
объект трансцендентен в отношении к познающему я, но, несмотря на это, он остается имманентным самому процессу знания; следовательно, знание о
внешнем мире есть процесс, одною своею стороною разыгрывающий в мире не-я (материал знания), а другой стороной совершающийся в мире «я» (сравнивание)».
Разница только в том, что в случае знания о внутреннем мире и
объект знания, и процесс сравнивания его находятся в сфере «я», а при познании
внешнего мира
объект находится вне я, а сравнивание его происходит в я.
Человек рабски подчиняется
внешнему рабству, исходящему от
объекта, именно потому, что он эгоцентрически самоутверждается.
Космос, человечество, нация и пр. находятся в человеческой личности, как в индивидуализированном универсуме или микрокосме, и выпадение, выбрасывание их во
внешние реальности, в
объекты, есть результат падшести человека, подчинения его безличной реальности, экстериоризации, отчуждению.
Христиансен также прекрасно раскрывает творческую природу всякого эстетического восприятия и внечувственный, сверхэмпирический характер всякого художественного произведения: «Эстетический
объект возникает путем особого вторично-творческого синтеза, и
внешнее произведение служит лишь средством, побуждающим зрителя к этому синтезу.
Католическое отношение к Богу как
объекту, как к предмету устремления создает
внешнюю динамичность католичества.
Во вторичном уже процессе, в котором дух выбрасывается вовне, откровение объективируется, представляется событием
внешним, идущим от
объекта.
Мой портрет, приложенный к настоящей книге, напомнит вам, благосклонный читатель, о том загадочном свойстве художников, по которому очень часто собственные чувства, даже
внешние черты они переносят на
объект своего творчества.